Zantirn
Почему? 42!
На мой взгляд, если рассматривать человеческое общество как эволюционировавшую систему, которая предположительно должна иметь какой-то смысл, то есть определенная странность в том, что люди, которые имеют больше всего способностей к тому, чтобы оказаться у власти, очень часто имеют меньше всего способностей к тому, чтобы этой властью хорошо распорядиться. (Соционика это отчасти объясняет тем, что ЧС и ЧИ у одного и того же человека не могут быть сильными одновременно, но похоже что этим все не ограничивается).

Тот факт, что в любом государстве, будь то диктатура или республика, большинство людей с реальной властью будут амбициозными, «сильными» личностями, может объяснить то, что даже в демократиях государство большую часть времени стремится расширить свою роль и ограничить свободы (другой вопрос в какой степени ему это позволят). Уверенность в своей правоте, которая часто движет «сильных» лидеров, плохо совмещается с идеей демократии вообще. Если гипотетически представить себе, что во главе государства стоит гениальная, непогрешимая личность, то в демократии нет никакого смысла – этот гений будет знать, что нужно делать, лучше, чем остальные. Причина, по которой демократия, как правило, оказывается эффективнее авторитаризма, именно в том, что такие гении существа скорее из мифологии, чем из реальной жизни, что, однако, не мешает многим лидерам считать себя таковыми. Именно неготовность признать, что любой твой взгляд, мнение или позиция могут оказаться неверными, заставляет лидеров рассматривать сам механизм возможности блокирования их действий как контрпродуктивный, пусть даже они с рождения верят в идеалы свободы и демократии – просто лично они исключение из правила, так как они все знают лучше. В частности, поэтому из революционеров, борющихся против тираний, так часто получаются тираны, если они сами приходят к власти – революционная борьба требует некоторой упертости и «веры в правое дело».

Соответственно если посмотреть на ситуацию с ролью государства в различных странах, то обычно роль государства с течением времени постепенно усиливается, и резко падает в результате закономерных кризисов системы и изредка реформ, проводимых отдельными людьми – причем если посмотреть, то такие люди обычно отличаются от основной массы политиков, и часто оказаваются у власти несколько нестандартными способами.

Демократия изначально задумывалась как система, ограничивающая личную власть лидеров, и хотя она кое-как выполняет эту функцию, современная демократическая (вернее республиканская, т.к. с реальной демократией эта система имеет мало общего) система ущербна в том, что она по прежнему поощряет властью людей, готовых ради этой власти пройти по головам, а умение интриговать для того, чтобы добиться власти гораздо важнее, чем, скажем, знание экономики. Я не вижу никакого способа решить эту проблему в рамках репрезентативной демократии современного типа, на мой взгляд, система, где у власти оказываются именно люди, которые лучше всего разбираются в том, что нужно делать, а не как придти к власти, возможна только в рамках прямой демократии (хотя естественно не в такой примитивной форме как просто всеобщее голосование по каждому вопросу), хотя разработка такой системы, скорее всего, потребует времени и может пройти достаточно болезненно, т.к. вызовет противодействие всего класса «профессиональных политиков».